Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/sound-talk.ru/index.php on line 2

Notice: Use of undefined constant DOCUMENT_ROOT - assumed 'DOCUMENT_ROOT' in /var/www/www-root/data/www/sound-talk.ru/index.php on line 5

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/sound-talk.ru/index.php on line 5

Notice: Use of undefined constant DOCUMENT_ROOT - assumed 'DOCUMENT_ROOT' in /var/www/www-root/data/www/sound-talk.ru/index.php on line 11

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/sound-talk.ru/index.php on line 11

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/sound-talk.ru/index.php on line 28

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/sound-talk.ru/index.php on line 28

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/sound-talk.ru/index.php on line 28

Notice: Undefined variable: flag in /var/www/www-root/data/www/sound-talk.ru/index.php on line 28

Notice: Undefined variable: adsense7 in /var/www/www-root/data/www/sound-talk.ru/index.php on line 39

Notice: Undefined variable: adsense6 in /var/www/www-root/data/www/sound-talk.ru/index.php on line 40
Алла боголепова колонка на м 24. Коммунальная нянька: колумнист Алла Боголепова о чистоте московских подъездов

Колумниcт M24.ru Алла Боголепова: Хочешь,чтобы уважал? Не морочь мужчине голову. Алла боголепова колонка на м 24


Хочешь,чтобы уважал? Не морочь мужчине голову – Москва 24, 27.05.2015

Фото Аллы Боголеповой

Алла Боголепова – журналист-фрилансер, жена со стажем. Отменно готовит, изучает повадки домашнего кота и при любой удобной ситуации отправляется в Лиссабон. Раньше она ерничала только в сети, но сейчас делится "женскими мыслями" в колонке на M24.ru.

Однажды мне понадобилось повесить полку. И я пошла в магазин покупать дрель. Нарезать круги по огромному торговому залу не хотелось. Я подошла к стойке информации и спросила: где тут у вас электродрели?

– Вам туда, – ответила сотрудница и зачем-то махнула рукой в сторону оранжереи.

– Дрель, – намекнула я. – Электрическая. С перфоратором.

Женщина вылупилась так, словно я спросила, где можно недорого купить мешок качественного героина.

– А вам зачем?

– Зачем и всем, – начала раздражаться я. – Дырки в бетоне сверлить.

– Инструменты прямо и направо, – растерянно сообщила она.

В "Инструментах" меня встретила дева с охапкой декоративных подушек. Дежурно поинтересовалась:

– Могу чем-то помочь?

– Мне нужна дрель.

– Ой, секунду, сейчас позову кого-нибудь из мальчиков.

"Мальчик" был улыбчив и прямо-таки сочился снисходительностью – так смотрят на ребенка, впервые и не очень удачно пописавшего в горшок: ты, конечно, промахнулся, но все равно молодец!

– Учтем пожелания мужа, или я могу выбрать на свой вкус? – покровительственным тоном спросил он.

– Хороший, кстати, подарок, – подмигнула девушка с подушками. – С намеком.

– Это не подарок. Это для меня.

В общем, я примерно представляла, что будет дальше. Снисходительный консультант вежливо, но твердо даст мне понять, что я чужая на этом празднике жизни: это ведь не просто одна из многих секций в строительном магазине, а брутальный, пропахший потом, пивом и плотницкой стружкой мир настоящих мужиков. Убедившись, что я осознала собственное ничтожество, предложит позвонить мужу. Я откажусь. Он выразительно закатит глаза, завалит меня терминами, всучит что подороже, а потом попытается сплавить в отдел декора. Девушка с подушками тихо скажет что-нибудь вроде: "Вот мужики, два гвоздя в жизни забили, а гонору – как пирамиды построили". Я стану мимикой и жестами транслировать оскорбительный мем "мужская шовинистическая свинья"… В общем, будет маленькая и отнюдь не победоносная война из тех, что хотя бы раз довелось пережить каждой женщине – в разговоре с автослесарем, сантехником или наладчиком кабельного телевидения: вы все равно ничего не поймете, позовите мужа, я ему объясню. – А, ну раз вы себе, то давайте по цене отсортируемся, – спокойно и как-то даже радостно сказал консультант. – Сверла родные возьмем или подешевле?

– Родные, – не веря собственным ушам, кивнула я.

И тут девушка с подушками тихо сказала:

– Сначала дрели покупаем, а потом удивляемся, что мужики ни черта не делают. Сами же их и портим. Испортится ли мой мужчина от того, что я просверлю две дырки в стене и повешу полку? Превратится ли он в ленивую пивную сволочь, если отгоню машину в автосервис? Сядет ли на шею, обнаружив, что я могу собрать икеевский комод?

Испортится, превратится, сядет, утверждают дамские форумы. А еще оскорбится, что ему не дали проявить себя, но прежде перестанет смотреть на тебя как на женщину. Список того, что нельзя делать "настоящей женщине" длинен, как Библия. "Настоящая женственность" строго регламентирована: нельзя платить за себя в ресторане, делать мужскую работу, одалживать бойфренду деньги, дарить подарки без повода etc, etc, etc. "Почему нельзя?" – наивно спросила я. "Потому что мужчина должен знать, что он ДОЛЖЕН", – отрезали форумные дамы.

Но почему, упорствовала я, почему он должен делать то, что я могу сделать сама? Потому что он мужчина, ответили мне, а вы, видать, одинокая и отчаявшаяся, коли готовы сами платить, сверлить да еще подарки делать. А, ну и жирная. Как же без этого.

Долги и взаимозачеты между мужчинами и женщинами – тема для отдельной и увлекательной гендерной ругани. А сейчас я пытаюсь постичь удивительную логику тех дам, которые утверждают, что пара вбитых гвоздей и предложение разделить пополам ресторанный счет наносят непоправимый ущерб отношениям с противоположным полом. Потому что обидится, оскорбится, решит, что ты не считаешь его за мужика.

Вбивая гвоздь или меняя пробитое колесо, я не думаю о том, что таким образом покушаюсь на чью-то мужественность – я просто решаю проблему. Дрель – это просто дрель, ею не унижают и с ее помощью не самоутверждаются. Ею дырки в стене делают, ничего больше. И мой мужчина не обидится на то, что я сделала работу и сэкономила его время. А меня не оскорбит тот факт, что он не бросится выдирать у меня из рук эту чертову дрель с воплями "Ты меня не уважаешь! Я мужик или где!" Меня это, знаете, даже порадует. Потому что для женщины унизительно не гвозди забивать, а жить с дураком, который на это обижается.

Но есть и хорошая новость: таких дураков – высшей пробы, настоящих, дураков "без дураков" – их не так уж много. Обычно мужчин НЕ оскорбляет умение женщины быстро и без лишнего нытья решать бытовые проблемы. Более того, оно скорее является предметом их гордости. Не потому что такой жене можно сесть на шею, а потому что за нее можно быть спокойным: случись что, она не пропадет.

Да, дева с подушками была права: мы портим мужчин. Но не умением выполнять работу, которая почему-то считается мужской. А тем, что приписываем мужчинам мысли и эмоции, которых у них никогда не было. Мы портим их своей нарочитой беспомощностью. Слабостью, которой на самом деле нет, потому что, положа руку на сердце, не так уж трудно разобраться со всеми этими мужскими делами и просить помощи только тогда, когда она действительно нужна.

Ты не любишь сверлить стены. Тебя не привлекает разговор с автослесарем. Тебе скучно и неохота делать бэкап своего жесткого диска. Ну так признайся честно: не люблю, неохота, нет времени. Не хлопай глазами и не разводи маникюром – ах, я девочка-девочка, а такие вещи должен знать и уметь мужчина. Потому что мужская логика устроена не в пример проще нашей, женской: не знаешь, как открыть капот автомобиля – не садись за руль. Эпитет "обезьяна с гранатой" – неприятная, но закономерная реакция на утрированную беспомощность, которую почему-то принято считать проявлением женственности.

Любая палка, как известно, о двух концам. Поэтому прежде чем требовать от мужчины забить гвоздь или по умолчанию ждать, что он оплатит счет, стоит поискать на другом конце мужского "Все бабы – дуры" женское "Я слабая женщина, я ничего в этом не понимаю".

Сюжеты: Мнения , Колонки , Авторский взгляд: колумнисты M24.ru , Не женский взгляд Аллы Боголеповой

www.m24.ru

колумнист Алла Боголепова – о селфи и их ненавистниках – Москва 24, 14.08.2015

Фото: facebook.com/alla.bogolepova

Алла Боголепова – журналист-фрилансер, жена со стажем. Отменно готовит, изучает повадки домашнего кота и при любой удобной ситуации отправляется в Лиссабон. Раньше она ерничала только в Сети, но сейчас делится женскими и не женскими мыслями в колонке на m24.ru.

Симпатичная девушка встает точно в центре вестибюля станции метро "Маяковская", поднимает руку и ослепительно улыбается зажатому в ней смартфону. Нажимает на кнопку, внимательно изучает изображение на экране и повторяет всю процедуру еще раз. На этот раз чуть опустив подбородок, отведя назад плечи и кокетливо придерживая челку другой рукой.

– Вот макака-то, – негромко, но отчетливо говорит пассажирка с потрепанным томом Даниэлы Стил в руках.

– Да, фантастически глупо выглядит со стороны, – поддерживает ее дядечка с пухлым портфелем.

Поезд все не едет, нам скучно, мы стоим на платформе и смотрим на то, как девушка пытается вместить в кадр мраморную колоннаду вестибюля и собственный бюст.

– Сейчас она переломится пополам, – комментирует поклонница Даниэлы Стил.

– Вот зачем она это делает? – сварливо спрашивает пенсионерка с клетчатой сумкой на колесиках.

– Ну как зачем. Выложит в Сеть и будет лайки стричь, – пожимает плечами длинный худой парень. Причем его взгляд на позирующую самой себе девушку не оставляет сомнений: он бы лайкнул.

– Эго свое тешит, – переводит дядечка с портфелем.

– И мужика ищет, – добавляет пассажирка с Даниэлой. – Видно, что одинокая.

Поток всеобщего неодобрения останавливает прибывший наконец поезд. Последнее, что я вижу на уплывающей платформе, – девушка со смартфоном. Она сосредоточена. Она делает селфи.

Фото: m24.ru/Александр Авилов

Автопортрет, снятый на камеру мобильного устройства и выложенный в социальную сеть – едва ли не самое порицаемое увлечение последних лет. Ты можешь наводнить свой аккаунт идиотскими демотиваторами, незнакомыми котиками и словами Коко Шанель, которых она никогда не произносила. Ты можешь трижды в день постить фотографии своей еды, снабжая их тегом #мирдолжензнатьчтояем. Камбербэтч, новости, откровения британских ученых – что угодно. Но достаточно вывесить свой портрет, выходящий за рамки жанра "уняня и уруру", ты узнаешь о себе много нового. Моя приятельница лишилась трети виртуальных френдов после публикации селфи с пляжа.

Знакомого, который вывесил фото кубиков на животе, вроде бы в шутку объявили геем. Незнакомая девушка, любящая снимать себя, что называется, с тыла – ну нравились ей линии собственного тела в этом ракурсе! – всплыла в моей ленте на "Фейсбуке" как фигурантка крайне оскорбительного обсуждения в сообществе, посвященном здоровому питанию. Что плохого сделали эти люди? Чем они заслужили презрение, осуждение, расфренды и детальный разбор своей внешности от совершенно незнакомых людей?

– За самолюбование надо платить, – отрезал юзер, которому я задала эти, по всей видимости, наивные вопросы. – Если ты настолько тупа, чтобы выкладывать свои сиськи в Сеть, будь готова к тому, что получишь не только комплименты. Мир не обязан тобой восхищаться. Это интернет, детка.

И я подумала: хорошо. Попробую опытным путем установить, где проходят границы дозволенного и кто будет решать, что мне дозволено, а что нет. У меня довольно много подписчиков. Репутация неглупой женщины – возможно, незаслуженная. И возраст, по российским меркам не предполагающий фотографических вольностей: почти тридцать восемь лет. Я сделаю откровенное селфи, выложу его в свои аккаунты и, как говорится, постою, послушаю. Картинка провисит в Сети ровно сутки, а потом будет удалена – так я решила.

Снять свое отражение в зеркале и собрать коллаж заняло несколько минут. Гораздо больше времени понадобилось, чтобы решиться и нажать кнопку "Отправить". Глубокий вдох, как перед прыжком в воду. Готово. Это интернет, детка.

Первая реакция появилась в папке "Личные сообщения" меньше чем через пять минут: "У тебя что-то случилось? Личные проблемы? С мужем поругалась?" Ах да, забыла сказать: я же замужем. Следующие полтора часа почтовый ящик и личка на "Фейсбуке" соревновались, кого быстрее разорвет от писем. Я с некоторым ужасом наблюдала, как обновляется количество оповещений: десять, двадцать, сорок, семьдесят… Часа полтора я не решалась открыть свой аккаунт, но радовалась, что он хотя бы работает: а ведь могли бы и засуспендить за порнуху. Разгребать информационные завалы начала только ближе к вечеру. И поначалу это было даже забавно.

Фото: m24.ru/ Игорь Иванко

Реакция френдов не удивила, но на то они и френды: они ставили лайки, шутили и писали, как я прекрасна и удивительна. Соотношение мужских и женских комплиментов оказалось примерно 50 на 50. Аккаунты у меня открыты для комментирования, но в паблике никто не ругался, гадостей не писал, только спрашивали, где кот. Удивительно, но правда: котики рвут голых женщин одной лапой.

Весь карнавал оказался в почте.

Я стала раскладывать письма и сообщения по темам, и у меня получилось пять кучек. Нет, куч. Большие и довольно неприятно пахнущие.

Ссылки по теме

Куча первая – разочарованные. "Я думал, вы умнее". "К чему это все?", "Как вы могли такое сделать?" Люди, которых я в глаза не видела, высказывали свою обиду: ты оказалась не такой, как мы думали! Ладно, переживем.

Куча вторая – жалеющие. "Кризис среднего возраста никого не щадит, но зачем же так?", "А вас, наверное, мужчина бросил?", "Грустно, когда нечем похвастаться, кроме сисек". Во-первых, сисек там нет, мысленно возмутилась я, а во-вторых, не те у меня сиськи, чтоб ими хвастаться.

Куча третья, условно назовем ее феминистки. "Вы подтверждаете уверенность мужчин в том, что женщины считают себя прежде всего куском мяса". "Вы предлагаете себя в качестве сексуального объекта без мозгов и самоуважения". Ну и прочая клара цеткин в таком духе.

Куча четвертая, кстати, самая беззлобная: веселые сетевые пикаперы. "А еще есть?", "А хочешь на меня посмотреть?", "А чо ничо не видно??? Так нечестно!"

Пятую и шестую кучи я после некоторого колебания объединила в одну: это Люди, Которые Стыдят. "Как вам не стыдно выкладывать порно". "В вашем возрасте должно быть стыдно заниматься такими вещами". "Мне было бы стыдно показывать такие ноги людям – похудели бы для начала".

Отдельные личности, грозящие суспендом, адским пламенем и маньяком, который непременно нападет почему-то не на меня, а на них, встречались редко, но писали многословно и кудряво.

Итак, мне привели с десяток причин, по которым я сделала и выложила это фото. И еще сотню, по которым делать этого не следовало. Глупая, неуверенная в себе, одинокая, несчастная, боящаяся надвигающейся старости, ищущая мужика, отчаявшаяся. Вот какие женщины, оказывается, делают такие селфи. Да, собственно, любые селфи, на которых они имеют наглость появляться без детей, пирогов, собак, друзей и прочих атрибутов респектабельности.

"Я могла бы понять, если бы вы этим деньги зарабатывали, – горестно написала мне девушка с котятами на аватарке. – А просто так – ну зачем, зачем?"

Я скажу вам, зачем. Во-первых, затем, что в каком-то смысле сетевые морализаторы правы: я, как почти все женщины в Москве, живу с неприятным холодком под ложечкой. Потому что под сорок. Потому что в России это возраст, в котором женщина считается неликвидом. Да, я замужем, я пристроена, но я не глухая и не слепая. Я знаю, что с точки зрения огромного количества соотечественников я утратила самую главную женскую ценность – молодость. И можно сколько угодно апеллировать ко всему цивилизованному миру и британским ученым, но правда в том, что Москва, как и вся Россия, безжалостна к женщинам за тридцать. Я хочу это изменить – пусть даже только в собственной голове. Я хочу чувствовать себя молодой и привлекательной, пусть даже только в виртуальном пространстве социальных сетей. И если для этого мне или другой женщине нужны такие фотографии – какое, простите, ваше собачье дело? Да, кому-то лайки поднимают самооценку. Ну и зачем, скажите на милость, непременно пытаться вернуть ее обратно к нулю?

Фото: facebook.com/alla.bogolepova

Во-вторых, и вы удивитесь, некоторые из нас действительно гордятся своим телом. Некоторые из нас много работают ради того, чтобы иметь красивые ноги и подтянутые животы. И некоторые из вас – в основном это касается мужчин – не слишком-то обращают на это внимание. Ну похудела. Ну трицепс накачала. А борщ где? А чего ребенок слоняется без дела? А я просил голубую рубашку. И мама говорит, ты тратишь деньги и время на свой дурацкий спортзал, а могла бы картошку прополоть, вот и физкультура.

Да, утрирую. Но в странах с патриархальным укладом – и это не только Россия – отношение к женщине колеблется от потребительского до очень потребительского. (Мужчина, успокойтесь, исключения, конечно, есть. Да-да, вот вы, который это сейчас читает, – вы и есть то самое редкое и прекрасное исключение.) Мы чаще всего работаем мамами не только нашим детям, но и нашим мужчинам. А ведь мама – она, как известно, не женщина. Нет? Вы не такой? Вы не из тех, про "брови сбрила"? Хорошо. Когда в последний раз вы брали фотоаппарат и снимали свою жену? Так, чтобы ей не пришлось делать селфи. Ну вот то-то и оно.

И, наконец, третье. Самое главное. Не все, что мы делаем, мы делаем ради кого-то. Вы когда-нибудь обращали внимание на то, куда смотрит женщина, делающая селфи? Не в камеру. И не на экран смартфона. Она смотрит вглубь самой себя. Она не просто фиксирует упавшую на лоб прядь волос и прикрывает рукой неудачную талию. Под грудой денежных неурядиц, семейных проблем, сваренных борщей и наметившихся морщинок она пытается найти и разглядеть себя – такую, какой она хотела бы быть. Красивая поза, щелчок камеры, несколько секунд сосредоточенности только на себе. Кнопка "Отправить" на странице социальной сети. Послание миру: сегодня у меня был момент, когда я себе нравилась. Не так уж мало в жестокой среде современного мегаполиса.

Просто несколько минут. Она это заслужила. Она не просит одобрения и не заслуживает осуждения. Подумайте об этом, когда в следующий раз решите высказать свое бесценное мнение под чьим-нибудь селфи. Ах да. Я не стану, как планировала, удалять эту свою фотографию. Она останется в Сети. Просто как напоминание, мне самой прежде всего, что я могу делать все, что считаю нужным. А те, кому это не нравится – поборники морали, феминистки, люди, которые считают, что я должна соответствовать их представлениям, фитнес-фашисты и прочие милые личности – могут объединиться и идти по всем известному адресу. Это интернет, детка.

Сюжеты: Мнения , Авторский взгляд: колумнисты M24.ru , Тренды города: все, что волнует столицу , Не женский взгляд Аллы Боголеповой

www.m24.ru

Какая разница?! Алла Боголепова – о женщинах под 40 и мужчинах за 20

Какая разница?! Алла Боголепова – о женщинах под 40 и мужчинах за 20

Москвичке Ольге сорок пять, и она недавно развелась. Ну как развелась. Сама Ольга определила крах двадцатилетнего брака лаконичным термином «выперла».

– Оля, зачем?

– Шея устала – такие рога таскать.

Собственно говоря, о том, что Олин муж погуливает, она знала всегда. Относилась к этому снисходительно и требовала только одного: чтобы не заплывал за буйки. Не демонстрировал, значит, свое мастерство синхронного плавания семье, друзьям и общим знакомым. Да, детство и юность Ольга провела в бассейне Олимпийского резерва, окончила РГУФК.

Много лет так и было, однако с наступлением финансовой зимы «пловец» слетел с катушек. И разовые приключения, которых он раньше отчасти стыдился, перешли в разряд «не могу молчать». Такая вот компенсация: зарплату урезали, горные лыжи пылятся на балконе, но я все равно огого какой мужик, от телочек отбоя нет. На беду одна из телочек оказалась сокурсницей девятнадцатилетней дочери. Так что конец был стремителен и бесславен: изменщика поймали, заклеймили и выставили в тапках на мороз. Поняв, что трюки с цветами и мольбами больше не работают, муж ушел, выпустив напоследок прощальный залп, который должен был превратить самооценку экс-супруги в радиоактивный пепел:

– Я-то один не останусь. А вот ты… Побегаешь, пока найдешь какого-нибудь ханурика. Впрочем, в твоем возрасте и ханурик счастье.

Рассказывая эту историю, Ольга отнюдь не выглядела несчастной брошенкой. Из чего я сделала вывод, что ханурик уже нашелся. Не прошло и полугода.

– Нашелся, – подтвердила Ольга. – И поскольку это не короткий заплыв, а длинная дистанция, с Иваном ты рано или поздно познакомишься. Поэтому скажу сейчас: ему двадцать пять.

И вот тут я поняла, что чувствует пловец, который на хорошей скорости врубился головой в бортик бассейна.

– Да, у нас двадцать лет разницы. И у нас отношения. Если это кого-то смущает, тем хуже для него.

Он с тобой из-за денег. Он тебя бросит. Вы выглядите как мама и сын. Не буду врать, все это крутилось у меня на кончике языке. Но я проявила такт и воспитанно вякнула:

– Да ведь тебе с ним даже поговорить не о чем…

– Это ты с чего взяла? – усмехнулась Ольга. – Потому что мы в детстве смотрели разные мультики и читали разные книги? Другое поколение? Или что?

Да все сразу! И да, он действительно другое поколение.

– Ну и что? Мы нравимся друг другу. У нас похожие взгляды на жизнь. Нам приятно проводить время вместе, и никто никого не достает. Это отношения, которые меня полностью устраивают.

– Да, но люди…

– Мне сорок пять, – напомнила Ольга. – И не ты ли говорила, что одно из главных преимуществ нашего возраста – полное и бесповоротное «по фигу» на мнение других людей? Я действительно так считаю. Но считать – это одно, а делать – совсем другое.

– Оля, это независимость какого-то немыслимого уровня, – сказала я.

– Я не одна такая. Ты присмотрись, сколько стало пар, в которых мужчина моложе.

И я стала присматриваться.

И вот что я увидела: обычные, нетюнингованные женщины, явно не миллионерши – а рядом симпатичные и тоже вполне обычные парни. Болтают, пьют кофе, держатся за руки. Явно довольны обществом друг друга. Разница в возрасте, конечно, заметна, но отнюдь не драматична.

Таких пар в городе действительно становится все больше. Отношения с молоденьким перестали быть привилегией знаменитостей вроде Аллы Пугачевой, Мадонны и Дженнифер Лопес. Сорокалетние москвички больше не боятся заводить романы с мужчинами на десять, пятнадцать, двадцать лет моложе себя.

– Если его мой возраст не смущает, почему он должен смущать меня? – сказала Анна. Ей как раз сорок, ее бойфренду двадцать семь. – Все эти разговоры про разницу поколений, про морщины, про не о чем поговорить и «он с тобой ради квартиры» – оставь их мужикам нашего возраста. Они ведь всю жизнь были уверены, что только им позволено шляться по малолеткам. Конечно, им не нравится, что у женщин мозги встают на место.

Анна работает на почте, бойфренд – в швейном ателье напротив. Оба москвичи, зарабатывают примерно одинаково, так что ни о каком расчете и речи нет. Бойфренд долго ухаживал, но Анна была несвободна, да к тому же тринадцать лет разницы, ну о чем вы говорите, молодой человек!

– Я своему мужу была мама. Утешала, прощала, гладила рубашки и готовила обеды «с собой», потому что у него гастрит, ему нужна домашняя кухня. Он говорил: «Я же мужчина» и вел себя как мальчик. Нашкодил, глаза потупил, что твой кот из «Шрека». И вроде как все опять нормально. А потом я подумала: если уж я все равно живу с инфантильным мальчиком, пусть это будет хотя бы молодой мальчик. Здоровый, с красивым телом, с хорошими зубами. Позитивный, веселый. Ну и секс, опять же…

Все, что говорила Анна, я слышала тысячу раз. Но только от мужчин. Чтобы была молодая, симпатичная, с красивым телом без целлюлита, веселая, позитивная… Ну и секс, опять же.

Женщины научились водить реактивные самолеты, управлять корпорациями и внедрять новые технологии наравне с мужчинами. Да просто зарабатывать себе на жизнь, в конце концов. Было бы наивно полагать, что мы остановимся на этом. Что мы будем покорно смотреть на пузатого дяденьку под полтинник, который живет с женщиной вдвое моложе – и не захотим такого же для себя. Это будет выглядеть смешно? Смешнее даже, чем пенсионер, искренне верящий в любовь двадцатилетки к своему брюху, подагре и сединам? Во-первых, куда уж смешнее. Во-вторых, в отличие от мужчин, у женщин, особенно взрослых, особенно самостоятельных, страсть не отшибает весь мозг. Они умеют наслаждаться моментом и не строят иллюзий.

А потом, давайте признаем: отношения взрослой женщины и очень молодого мужчины – штука не уникальная и не новая. Такое случалось во все времена. Просто сейчас женщины перестали стесняться своих молодых спутников. И когда какой-нибудь престарелый мачо с видом героя говорит: «А я, знаете, люблю женщин за сорок», они отвечают цитатой из анекдота про слона и бананы: съесть-то он съест, да кто ж ему даст?

Ну а что. Имеют право.

Автор: Алла Боголепова

Комментарии

creu.ru

о шпильках, шляпах и кружевных шортах на отдыхе

Фото: ТАСС

Алла Боголепова – журналист-фрилансер, жена со стажем. Отменно готовит, изучает повадки домашнего кота и при любой удобной ситуации отправляется в Лиссабон. Раньше она ерничала только в сети, но сейчас делится "женскими мыслями" в колонке на m24.ru.

Рыжие кружевные панталончики, леопардовые туфли на шпильке, белый топ, который выглядит так, словно его сшили из двух носовых платков. Яркие губы, яркие ногти, накладные ресницы. И контрольный в голову: огромная оранжевая шляпа с цветами на полях.

– Похоже, наша, – тихо говорит моя подруга, толкая меня локтем в бок.

– Да она же… кхм… афроамериканка! – отвечаю я, понимая, насколько глупо это звучит. Ну какая в Португалии "американка"? Бразилия, Мозамбик, Ангола – да. И вообще здесь можно употреблять слово negra, собственно, именно его и можно, потому что это никакое не оскорбление, а просто обозначение темнокожей девушки.

– Да, действительно, – подруга в растерянности. – Надо же, а я думала, так только у нас одеваются. Это же хоть и южная, но все-таки Европа... Впрочем, в ее возрасте и с ее… кхм… экзотичностью – можно все.

Ссылки по теме

Я хочу порассуждать о вывертах человеческого мозга, который в угоду стереотипам отвергает очевидные вещи – ну как, как можно было не заметить, что девушка в панталончиках темнокожая??? Но не успеваю, потому что она садится за столик уличного кафе на другой стороне улицы, закидывает ногу на ногу, снимает шляпу – и мы понимаем, что ей отнюдь не восемнадцать.

– Ну все равно, – решает подруга. – Белым женщинам так одеваться нельзя.

– Да, мы в таких штанишках будем выглядеть недорогими проститутками, – поддерживаю я, с завистью глядя длинные гладкие ноги. – Посмотри, с каким достоинством она держится. Какая у нее осанка. Такая в любых шмотках королева.

– В общем, ей можно. Нам – нет, …

m24.mirtesen.ru

Алла Боголепова – об изменах в большом городе – Москва 24, 08.09.2015

Фото: facebook.com/alla.bogolepova

Колумнист m24.ru Алла Боголепова – о любви, живущей три года, изменах, одиночестве, бабочках в животе и о дефиците эмоций в большом городе.

Они встречаются семь лет: моя подруга и тот женатый мужик, который каждый год собирается развестись. Ну, хотя бы переехать к подруге. Ладно, хотя бы прекратить спать с женой. Все эти годы он не разводился "ради детей", ждал, когда они встанут на ноги – "они" в данном случае фигура речи, потому что ребенок был один, причем отнюдь не младенец. Младенцы появились в прошлом году, когда тот, ради кого следовало потерпеть, успешно сдал вступительные экзамены в институт. Причем сразу двойня.

– Этих он будет ставить на ноги до твоей пенсии, – жестко сказали мы, когда подруга поделилась новостью. – Он никогда не разведется. Так что подбери сопли, зарегистрируйся на сайте знакомств, найди горячего итальянца и уезжай жить в Тоскану. Ну или хотя бы в Тбилиси.

– Но ведь он меня любит, – растерялась подруга. – Я точно знаю, что любит.

Я хотела ответить железобетонной максимой: "Если бы любил – жил бы с тобой" – а что, иногда жестокая правда помогает. Но вспомнила своего приятеля, который вот уже много лет не уходит от жены к действительно любимой женщине. Он ревнует, страдает, караулит ее у дома, боится, как бы она не вышла замуж – и не разводится. Она тоже ревнует, страдает, заводит романы – и не прекращает эти отношения. При этом он не подонок, а она далеко не дура. Взрослые, умные, адекватные люди, которые на самом деле любят друг друга и которые почему-то не вместе. В чем дело? Ведь не в детях же, не в деньгах и не в насквозь больной теще, которая, кстати, пашет на даче за троих, бегает по утрам и никогда в жизни даже от похмелья не мучилась.

– Да потому что большой город, – пожала плечами другая моя подруга, "новая москвичка" родом из волжской деревни. – У нас такое немыслимо – чтобы семь лет морочить головы друг другу и жене.

Фото: ТАСС/ Игорь Зотин

И это, пожалуй, правда. Мегаполис – идеальная питательная среда для размножения, бурного роста и долгого существования таких романов. И дело не в том, что Москва страшный бездуховный город, населенный развращенными негодяями – оставим эти страшилки деревенским старушкам с поджатыми губами.

Ссылки по теме

Дело в одиночестве. Когда ты не знаешь того, кто живет с тобой на одной лестничной клетке, когда ты встречаешься с друзьями раз в месяц, когда ты часть 15-миллионного муравейника, где каждый – ну почти каждый – озабочен в первую очередь вопросами выживания, любое проявление обычной человеческой близости воспринимается как чудо. В мегаполисе обычно много денег, много работы и много людей. Чего здесь в дефиците – так это эмоций. И если тебе за тридцать, а личная жизнь состоит из макраме и йоги, ты будешь цепляться за того, кто дает тебе почувствовать себя женщиной. Иначе для кого это все – диеты, тесные туфли, новое постельное белье… И он, в свои сорок с хвостиком, загнанный кредитом на машину, ипотекой на квартиру, родительскими собраниями и всем тем, что, собственно, составляет обычную жизнь обычного горожанина, хочет иногда чувствовать себя просто человеком. Не добытчиком, не забивателем гвоздей, не папой – мужчиной.

При этом оба достаточно взрослые, чтобы понимать: эта сумасшедшая любовь может существовать только в условиях подполья. Разведись, женись, смени Хамовники на Беляево, сделай ее легальной – и она умрет. Ее сожрут новый кредит на машину, новый детский сад для нового ребенка и новые родственники, которые будут ждать, что ты станешь ездить на старую дачу и копать картошку.

Супружеская неверность в большом городе – и женская, и мужская – теоретически порицаема и практически ненаказуема. Особенно если правила игры принимают все три ее участника. Да, третий – это обманутая законная половина. Впрочем, обманутая в данном случае не совсем точное определение.

Фото: m24.ru/ Лидия Широнина

– Любовь живет три года, – философски заметила женщина, чей муж много лет поддерживал "левые" отношения. – Развод из-за того, что сдохли "бабочки в животе" – это роскошь, доступная только очень богатым и очень знаменитым. А мы живем в двушке на окраине, собираем детей в школу и стараемся пореже ругаться. Ну ладно, пореже не получается. Тогда хоть потише.

И вот живут они, все трое, а то и четверо, делая вид, что ничего не происходит. Завтракают, отводят детей в школу, едут на работу, покупают курицу, хлеб и зимнюю резину. И время от времени сбегают каждый в свой тайный сад. В другой мир, где счастье и четкое, библейское гендерное разделение: мужчина, женщина – и никаких "Ты растолстела" и "Да будь же ты мужиком!"

Я смотрю на своих друзей. На мужчин, которые годами собираются начать сначала. На женщин, которые годами этого ждут. И понимаю, что больше никогда не стану их осуждать. Видимо, я уже достигла того возраста, когда вопрос "А зачем я живу?" задается себе с некоторой долей смущения. Поиски смысла жизни выглядят очаровательно только у подростков – взрослый человек, предполагается, должен это знать. Правда в том, что мы не знаем. А у любви – или ее иллюзии – есть одно удивительное качество. Нет, она не дает ответа на вопрос, зачем мы живем. Она просто позволяет не спрашивать.

Алла Боголепова – журналист-фрилансер, жена со стажем. Отменно готовит, изучает повадки домашнего кота и при любой удобной ситуации отправляется в Лиссабон. Раньше она ерничала только в Сети, но сейчас делится женскими и не женскими мыслями в колонке на m24.ru.

Сюжеты: Авторский взгляд: колумнисты M24.ru , Тренды города: все, что волнует столицу , Не женский взгляд Аллы Боголеповой

www.m24.ru

колумнист Алла Боголепова о москвичах и провинциалах – Москва 24, 23.07.2015

Фото: facebook.com/alla.bogolepova

Алла Боголепова – журналист-фрилансер, жена со стажем. Отменно готовит, изучает повадки домашнего кота и при любой удобной ситуации отправляется в Лиссабон. Раньше она ерничала только в сети, но сейчас делится "женскими мыслями" в колонке на m24.ru.

– Сколько тебе лет?

– Шестнадцать.

– Паспорт, значит, есть.

Я протягиваю документы милиционеру и озираюсь. Шум, смрад и толпы народу – это и есть Москва?

– Это не Москва, это вокзал, – отвечает милиционер, шурша страницами моего паспорта. – Так, гражданка из Тамбовской области, и с какой целью в столицу нашей родины?

Конечно, мне следовало бы знать ответ на этот вопрос. Но вот в чем беда: я ни разу его себе не задавала.

Школьный выпускной под песни Татьяны Овсиенко, осыпающийся, заросший могучей сурепкой перрон, верхняя полка в поезде… Поезд этот был единственным, что останавливался в нашем поселке городского типа – на две минуты, за которые нужно было успеть добежать до своего вагона, запрыгнуть самой и втащить багаж. Его называли "пятьсот-веселый, телячий", он ехал из какого-то южного города в столицу и оглушительно пах подгнившими дынями, табаком и жареной курицей. Ну и, понятное дело, туалетом.

Одиннадцать часов пути. Комковатая подушка, беляши, поющие и пьющие попутчики. И ни разу я не спросила себя: что я буду делать в Москве? Даже слова "Куда вас, сударь, к черту, занесло?" в исполнении подвыпивших южан из соседнего купе не навели меня ни на какие мысли. Во-первых, когда тебе шестнадцать, кажется, что все в любом случае будет хорошо. Во-вторых, для провинциала Москва – это не просто город, это такое магическое место, где все образуется само собой. Весь последний год в школе мы с одноклассниками и учителями обменивались планами: кто-то собирался "в область, в институт", кто-то легко говорил "в районную путягу". Я отвечала: в Москву. Учителя уважительно кивали – такой ответ снимал вопрос "зачем".

– Поступать будешь? – подбодрил меня милиционер.

– Или замуж собралась? Зачем приехала-то?

Я подумала и честно ответила:

– Жить. Я приехала в Москву жить.

Это было двадцать лет назад.

Кажется, что теперь все иначе: в столицу едут за деньгами, за образованием для детей, за работой – потому что в провинции ее почти нет. Но по большому счету мотив все тот же: жить, потому что настоящая жизнь – она, считается, только в Москве, а все прочее – унылое прозябание. Подобно Людмиле из фильма "Москва слезам не верит", мы хотим зацепиться и остаться. Поступить в институт, найти работу, снять жилье… Как говорят в моей деревне – "главное лапу вщемить, а там как-нибудь".

Ссылки по теме

Первое время провинциалу в Москве весело и страшно. Весело – потому что все впереди: столица – это возможности и, как мы все помним, "одна большая лотерея". Мегаполис аккумулирует абсолютно иррациональную веру в удачу. А страшно, что обманут, украдут деньги или выгонят из съемной конуры. Кинут с зарплатой, отберут паспорт, откажутся лечить. Обругают "деревенщиной", обвинят в желании прописаться на чужой жилплощади – это, конечно, больше к женщинам.

У девушек из провинции вообще репутация щучек. Хваткая, хитрая, плодовитая деревенская деваха, которая окрутит интеллигентного московского мальчика, "припрет пузом" и воцарится на родительских квадратных метрах – вековой кошмар большинства московских мам. Даже если интеллигентный московский мальчик жрет наркотики, а сама мама родилась в славном городе Воронеже и приехала в Москву работницей на советский еще сахарный завод. Она не хочет никакой невестки и никаких внуков. Она тяжело работала и старалась стать "москвичкой", и ей непереносима мысль, что крепкая провинциальная девица получит на халяву то, на что она положила жизнь.

Справедливости ради, молодые провинциалки, приехавшие в столицу, первое время не слишком-то смотрят на мальчиков, живущих с родителями. Двухкомнатная хрущевка для них отнюдь не предел мечтаний. "Стоило ради этого ехать в Москву, – пожала плечами моя подруга. Дело было на свадьбе общей знакомой: тамада, толпа деревенских родственников, худенький жених, не скрывающая недовольства свекровь. – Такого я и у себя в Воронеже могла бы найти". Стремительная карьера, олигарх, знаменитость, на худой конец экспат из приличной европейской страны – вот они, планки нынешних провинциалок. В Москве ведь возможно все, и вообще, чем я хуже какой-нибудь Натальи Водяновой!

Фото: ТАСС/ Михаил Почуев

Примерно через год провинциала накрывает. Прелесть новизны стирается, и до него доходит, что прекрасное далеко не приблизилось ни на миллиметр.

– Мне здесь очень плохо, – плачет моя дальняя родственница, размазывая по щекам тушь и жидкую подводку. Шесть месяцев назад она приехала из Вологды. – Здесь все друг друга ненавидят. Помирать будешь – никто не подойдет.

– Кать, здесь живет 15 миллионов человек. Это огромный город, больше некоторых европейских стран.

– 15 миллионов! – еще громче всхлипывает Катя. – И никому ни до кого нет дела!

– Может быть, это просто не твое место? Такое бывает…

Слезы мгновенно высыхают.

– Почему это не мое? А какое мое? В деревне гнить? За свиньями ходить?

Катя очень симпатичная. У нее высшее образование, неплохая работа и съемная однушка в Бутове. Есть даже бойфренд – обычный окраинный гопник, который, впрочем, при появлении Кати мгновенно вырос до того самого интеллигентного московского мальчика. Потому что у его родителей квартира в собственности, а Катя снимает.

С моей, пусть и не вполне объективной точки зрения, Катя могла бы найти кого-нибудь получше своего гопника. Она самостоятельная, умеет зарабатывать, не боится трудностей. Она хочет выглядеть, как столичная штучка, и – хвала современной моде на умеренность – ей это удается. Она даже избавилась от протяжного вологодского говора: "Не хочу окать, как лохушка деревенская".

– Ну почему сразу за свиньями-то? Есть ведь и другие города, Россия – большая страна, – беспомощно блею я, зная, что сейчас Катя справедливо ткнет меня носом в то, что я-то, небось, не поехала в Новосибирск.

– Ты еще предложи мне вернуться обратно в Вологду, – обиженно сопит Катя.

Фото: ТАСС/ Валерий Шарифулин

Нет, этого я предлагать не буду. Я знаю, что возвращение в родные пенаты для провинциала невозможно. Это будет означать поражение. Вернулся – значит, проиграл. Значит, неудачник. Значит, ничего у тебя не вышло, и нечего было нос задирать. Женщина, пожившая в Москве, вряд ли сможет устроить личную жизнь на малой родине: кто ее знает, чего она в той Москве делала, может, на трассе стояла.

– Но если тебе здесь так плохо, если ты чувствуешь себя здесь чужой, может быть, надо что-то делать? – осторожно спрашиваю я.

– Знаешь что, – Катя оскорбленно поджимает губы. – Никуда я отсюда не уеду.

– А что тебя здесь держит? Театры и музеи? Ночная жизнь? Что?

– Да плевать мне на театры! У меня ни времени на них нет, ни денег. Я квартиру хочу. Свою. Машину. В отпуск ездить за границу. В рестораны хочу ходить, красиво одеваться. Каблуки высокие носить. Ну давай, скажи, что я примитивная провинциальная дура.

Нет, она вовсе не дура. Я ведь понимаю, что дело не в квартире – ее легче купить в Вологде. И не в отпуске, и не в ресторанах. И даже не в деньгах, потому что московские зарплаты кажутся космическими только из провинции. Да, зарабатывают здесь больше, но и тратят тоже.

Правда в том, что, как бы плохо тебе ни было в Москве, какой бы чужой, бездомной, никому не нужной ты себя здесь ни чувствовала, достаточно пары недель в провинциальной тишине, чтобы вернулось то самое ощущение, что жизнь осталась там, на шумных столичных улицах. С нами, провинциалами, Москва работает как наркотик отложенного действия. Мы можем ее ненавидеть, но мы не можем без нее обходиться.

– Ты любишь этот город? – спрашиваю я.

– Наверное, в этом вся проблема, – подумав, отвечает Катя. – Тут шумно, опасно, дорого. Тут не очень красиво, в центре все посносили и застроили каким-то уродством. Как ее такую любить?

– Действительно как?

– А надо! – говорит Катя. – Мне кажется, если я ее полюблю, то все у меня наладится. Ну какая я без этого москвичка.

Сюжеты: Мнения , Авторский взгляд: колумнисты M24.ru , Не женский взгляд Аллы Боголеповой

www.m24.ru

колумнист Алла Боголепова о чистоте московских подъездов – Москва 24, 05.08.2015

Фото: facebook.com/alla.bogolepova

Алла Боголепова – журналист-фрилансер, жена со стажем. Отменно готовит, изучает повадки домашнего кота и при любой удобной ситуации отправляется в Лиссабон. Раньше она ерничала только в сети, но сейчас делится женскими мыслями в колонке на m24.ru.

Я живу в довольно симпатичном районе Москвы. У нас есть река, несколько парков, старинная усадьба и знаменитая заброшенная больница, такая восхитительно ужасная, что это даже красиво. За окнами моей квартиры березовая роща. Да, большую часть года Ховрино – милое и приятное место.

Дом наш, конечно, не красавец. С архитектурной точки зрения это, прямо скажем, ублюдок – не в ругательном смысле, а в генетическом: кривое, косое, нелепое во всех смыслах порождение советского домостроения. Но несколько лет назад его в рамках программы капитального ремонта обшили светлыми панелями, в подъездах поставили оконные стеклопакеты и прикрутили наконец фонарь во дворе. И стало даже ничего.

О нашем доме заботятся. У нас есть уборщица, несколько дворников и летучий отряд газонокосильщиков. Время от времени появляются молчаливые люди в респираторах, стремительно красят скамейки и заборы и исчезают. У нас есть специальные боксы для мусорных баков. Сами баки, как гласит прикрученная тут же табличка, "оборудованы крышками". Клумба есть! Здоровенный бетонный октаэдр, в котором ведер десять земли, одна настурция и килограмм окурков. Но это детали.

Когда я рассказываю моим португальским соседям о том, что в Москве у нас есть мусоропровод, и центральное отопление, и газовые плиты, и подъезд моет уборщица, они испытывают страшные муки зависти. Тут, особенно если речь о старинных кварталах Лиссабона, все иначе.

Ты не можешь просто пойти и выкинуть рыбные, например, потроха сразу после обеда. Ты будешь существовать с ними на одной территории до самого вечера, пока не зайдет солнце. Потом ты можешь собрать свои пищевые отходы в непрозрачный черный пакет и вынести их к подъезду. По вечерам большинство лиссабонских улиц выглядит так, словно народ готовится к войне: пирамиды черных, туго набитых мешков как линия укреплений против осадных орудий. В отдельные дни недели черный цвет разбавляется желтым или синим – это дни, когда можно выбрасывать пластик и бумагу.

Фото: ТАСС

Или вот, скажем, газ. Весь наш дом по старинке покупает его в баллонах. Хотя могли бы газифицироваться еще пару лет назад – все коммуникации газовая компания провела бесплатно, лишь бы подключились. Но на общем собрании кондоминиума было решено этого не делать. Потому что газом торгует "не чужой человек" – сосед наш с параллельной улицы. И чтобы не лишать его заработка, мы таскаем баллоны и ругаемся на редукторы.

Центральное отопление – это для португальца сон золотой. Зимы в самой теплой столице Европы суровые. Плюс десять в Лиссабоне хуже, чем минус десять в Москве. Закаленные алфасинья считают, что если зимой в доме плюс семнадцать, то это теплый дом. Русскому человеку в такой температуре холодно и страшно.

– Я не понимаю, почему ты спишь в шапке, – изумлялась португальская подруга в мою первую лиссабонскую зиму. – У вас бывают тридцатиградусные морозы!

– Так то на улице! Я же не хаски, я в помещении живу! А в домах у нас тепло.

Ссылки по теме

Для уборки подъезда у нас существует... Я бы хотела сказать "график" или "специально нанятый человек", но правда в том, что у нас существует сосед Антонио. Председатель нашего кондоминиума. Человек, который добровольно и абсолютно бесплатно ведет наше беспокойное хозяйство. Он следит за состоянием нашего общего банковского счета, делает мелкий ремонт, выколачивает гуманные цены на электричество и время от времени оставляет в подъезде душераздирающие записки вроде "Если мы не внесем на счет 68 евро, в подъезде отключат свет!!!"

Однажды, когда Антонио в очередной раз приколачивал оторванный дверной крючок, я спросила:

– А почему мы не можем нанять специалиста для уборки?

– Специалиста по мытью полов? – вытаращился Антонио.

– И по прибиванию крючков.

Очень скоро я пойму, что мы, конечно, можем нанять уборщицу, но тогда придется отложить ремонт крыши или, скажем, лакировку лестницы. Потому что на все денег не хватит, а повышать плату за кондоминиум никому неохота. Мы до сих пор вспоминаем один чудесный год, когда состояние счета позволило нам всем 10 месяцев не платить ни копейки. Денег в банке было достаточно для оплаты электричества и текущих расходов, и почти весь год ничего не ломалось. Но это будет потом, а тогда Антонио спросил:

– А вот у тебя в Москве. Когда что-нибудь ломается, кто это чинит?

– Ну... Вызывают специальных людей... Они чинят, – растерялась я.

– А кто вызывает?

– Ну... Кто-нибудь.

Фото: ТАСС/Валерий Шарифулин

И я вдруг поняла, что бытовая сторона жизни в Москве никогда не занимала сколько-нибудь серьезного места в моей голове. Чистые лестницы, работающий мусоропровод, исправный домофон и тысяча прочих вроде бы мелочей – все это происходит как бы само собой. Я не знаю, кто следит за тем, чтобы все это функционировало. Кто? Глава нашего кондоминиума? ЖЭК? ДЭЗ? Домовые эльфы? Когда что-то ломается, я просто злобно пинаю это ногой и гавкаю в пространство:

– Хоть что-то В ЭТОЙ СТРАНЕ может работать нормально?

Это вроде заклинания "экспеллиармус", потому что на следующий день сдохший было домофон опять пищит, забитый мусоропровод оказывается прочищен и даже матерный стишок (хороший, кстати, остроумный! Автор, пеши исчо, но не на стенах), написанный несмываемым маркером на стене подъезда, закрашен.

– Сказка, – вздохнул Антонио.

Я недовольно скривилась.

– А что не так? – спросил проницательный Антонио. – Чем ты недовольна?

– Знаешь, сколько я плачу за эту сказку?

– Думаю, немало.

– И что я за это получаю?

– Ну вот это вот все. Чистоту, уютный красивый дом...

А вот и ни фига! Неуютный у нас в Москве дом. И чистый только первые полчаса после уборки. О красоте говорить просто смешно: гнутые перила в подъезде, рваный линолеум в лифте, картофельные очистки в коробке, предназначенной для рекламной макулатуры, которой забивают наши почтовые ящики. Батарея пустых бутылок рядом – рядом, Карл! – с работающим мусоропроводом!

Однажды, увидев автора такой вот батареи прямо в процессе ее создания, я спросила:

– А почему вы не выбрасываете бутылки в мусоропровод? Вот же он, рядом.

– А уборщица тогда на что? – поразился сосед, взрослый, кстати, мужчина, хорошо зарабатывающий отец троих детей. – Пусть коммунальные службы работают, мы им за это деньги платим.

Елки-палки, меня тоже приводят в ужас новые счета за коммунальные услуги. И да, я не понимаю, почему заборы и бордюры в Москве выкрашены в цвета бразильского флага. Нет, я не против, просто хотелось бы понять причину. Да, я у меня очень много вопросов к тем, кто рулит нашим ЖКХ.

Фото: ТАСС

Но при этом до меня все же начало доходить, что коммунальные службы – это не нянька, которая будет ходить с горшком и слюнявчиком за всяким, кому вздумается нагадить прямо посреди вверенной им территории.

Есть вещи, которые можем сделать только мы сами. Не выкидывать пищевые отходы в коробку с бумагой. Немедленно убрать за собакой, которая не дотерпела до улицы и сделала лужу в лифте. Не воровать горшки с цветами из подъезда. Не позволять детям обрывать настурции с бетонной клумбы.

– А почему вы не поговорите об этом на общем собрании жильцов? – поинтересовался наивный Антонио.

А потому что на них ходят одни пенсионеры! Последнее посещение такого собрания в Москве оставило у меня впечатление, что я побывала на пьесе Ионеско.

– Я не буду платить за уборщицу, потому что я тут не живу, а квартиру сдаю, – заявила одна боевая старушка.

– Довели страну, – поддержал ее пенсионер.

Пять жильцов моложе сорока слушали все это с ужасом, а когда пришло время выбирать нового председателя, разбежались. У всех работа и дети, никому не надо лишних проблем с документами, поломками и всем прочим беспокойным хозяйством.

– Но как же так? – в который уже раз изумился Антонио. – Ведь это ваш дом!

Фото: ТАСС/Артем Геодакян

А может, проблема именно в этом. В том, что мы не чувствуем себя хозяевами этого дома. Мои – вот совсем мои! – это те сорок квадратов за железной дверью, на которых я прописана. Все, что за этой дверью, от лестницы до двора, не моя зона ответственности. Так мы рассуждаем. Ну потому что половина дома сдается, а ведь всем известно, какие они, эти "приезжие", им же ничего не жалко. Потому что все равно загадят. Украдут. Поломают.

– Знаешь,– задумчиво сказал Антонио,– у нас тут есть один мужик. Каждый вечер он выходил на балкон со шлангом и поливал улицу у себя под окнами. Он стал делать это после того, как китайский магазин повадился выкидывать отходы прямо на улицу. Иногда обливал сотрудников магазина.

– Это же какие ему приходят счета за воду!

– Приходили. Потом китайцы поняли, что он поливает их водой не из ненависти, а потому что хочет, чтобы на их улице было чисто. Конечно, по утрам коммунальные службы моют мостовую. Но он хотел, чтобы чисто было не только по утрам, понимаешь? И китайцы перестали устраивать помойку.

– И как долго до них доходило?

– Ну, пару лет. Это процесс не быстрый. Самое сложное было не заставить соблюдать чистоту, а объяснить, почему это важно.

Каждый раз, проходя под балконом того человека, о котором говорил Антонио, я думаю: он, португалец, сумел объяснить это китайцам. Почему я, русская, не могу объяснить это таким же русским? Ответ удивительно прост: потому что я ни разу не пробовала.

Сюжеты: Мнения , Авторский взгляд: колумнисты M24.ru , Тренды города: все, что волнует столицу , Не женский взгляд Аллы Боголеповой

www.m24.ru